En
Проекты

«Мы как граждане цифрового мира должны бороться за свои права»: интервью с Олей Лялиной

Оля Лялина — знаменитая  медиа-художница, теоретик новых медиа и профессор университета Merz Akademie в Штутгарте. Известность ей принесла еще ее первая работа My Boyfriend Came Back From The War — графическая новелла, созданная специально для веба. Затем последовали другие важнейшие для нет-арта проекты — цифровые автопортреты, изучение архива страничек GeoCities, книга Digital Folklore, фэшн-коллекции и многое другое. Сейчас одну из работ Лялиной показывают в Нью-Йорке в The New Museum, а сама она пишет продолжение «Цифрового фольклора», которое будет называться What did it mean to make a web page.  Ася Чачко поговорила с Лялиной и выяснила, каковы наши права в интернете, почему людей в сети нужно называть пользователями, и зачем она изучает ранний веб.

— Вы сохраняете и изучаете старые пользовательские онлайн-страницы. Чем они вас так очаровали?

Все началось не с очарования, а наоборот. Во второй половине девяностых я, как и многие люди, вдруг стала что-то делать в интернете. Я создала страницу клуба «СинеФантом» в Москве и так увлеклась, что стала сетевым художником, а затем начала вести в Штутгарте курс о новых медиа.

Я использовала первые страницы на сервисе Yahoo! GeoCities, чтобы показывать студентам, как делать не (!) надо, потому что это был нелепый, неумелый, доморощенный дизайн. Но к 2000-му у меня становилось все меньше примеров страниц, сделанных непрофессионалами. И тут я поняла, что исчезает то, что было сделано с такой любовью и энтузиазмом.

Я решила это сохранить. У нас есть Tumblr, который автоматически показывает странички из архива уничтоженного сервиса GeoCities. Эта популяризация раннего webа — один из самых удачных наших проектов. Он важен мне, потому что показывает силу и власть простых пользователей, когда им дают возможность сделать хоть что-то. Когда человек создавал свою страницу, он делал веб больше и богаче. Это было самое восхитительное, что произошло во второй половине девяностых.

— Вы часто говорите в лекциях, что веб — это лучшее, что случилось с интернетом. А в чем вообще разница между вебом и интернетом?

Многие знают про интернет, но забывают про веб. Если говорить про техническую или историческую сторону вопроса, то интернет старше и больше, чем World Wide Web, — это основа системы. А web — это один из сервисов, одно из приложений, которое доступно в интернете. Но случилось так, что веб вырос в огромного монстра и затмил собой все остальное. В итоге теперь все можно делать в браузере: играть, разговаривать, писать статьи, искать информацию. При этом веб стал абсолютно невидимым — его прячут, чтобы им было удобно пользоваться, и чтобы никто не смог его поменять. Мы, обычные пользователи, воспринимаем веб как данность, забывая о том, что можем сами что-то изменить, настроить или создать собственную страничку.

— Вы выступаете за сохранение слова user пользователь. Почему это так уж важно? Что плохого в том, чтобы называть людей в интернете «людьми»?

Возможно, пользователь — не самое приятное и симпатичное слово, но оно правдивое, потому что точно отражает ситуацию. А ситуация такая: есть разработчики, есть владельцы серверов, а есть те, кто ими пользуется. И очень важно, чтобы эти отношения были абсолютно прозрачными, чтобы мы не говорили: «Ах, ну какая разница — разработчики, пользователи, владельцы — все мы, в конце-концов, люди». Это обманчивое суждение. Разделение ролей важно сохранять, чтобы я как пользователь могла потребовать чего-нибудь от тех, кто эти услуги разрабатывает.

Исконное значение слова «пользователь», которое появилось, как только возникли персональные компьютеры, — это человек, который знает, как работает система и приводит ее в рабочее состояние.

— В современной практике это ощущение активной позиции теряется?

Да, сегодня очень много сделано для того, чтобы всякая активность пропала, чтобы все было удобно и незаметно. Все процессы происходят в тени, на втором плане. Все как будто получается само собой. Только не забывай фотографировать себя, выбирать статус и настроение, а сервисы сложат это все в твою личную картину мира. В то же время, многие сегодня начинают осознавать, что мы как digital-citizens, как граждане цифрового мира, должны бороться за свои права.

Оля Лялина — автор важнейших проектов для нет-арта. Недавно она создала создала цифровой автопортрет, который можно увидеть, только если установить на компьютер три разных браузера, а также выпустила фэшн-коллекцию с принтами из старых интернет-страничек специально для людей, которые продолжают поддерживать свои старые страницы в интернете. Сейчас одну из работ Оли Лялиной показывают в Нью-Йорке в Новом музее современного искусства.

Ed Summers/YouTube

— В своих статьях и выступлениях вы пытаетесь сформулировать права пользователей. Какие из них основные?

Базовые требования лежат на поверхности. Нужно заявлять не о каких-то глобальных правах, а говорить об очень конкретных вещах. Например, я имею право видеть адрес страницы. Я могу требовать от компаний, чтобы все еще было возможно использовать команду undo.

— Не понимаю, зачем это нужно?

Пользователь должен знать о существовании компьютера, а они становятся все меньше и незаметнее. Сделать компьютер невидимым — вроде бы неплохая идея, это же удобно! В итоге все более привычными становятся ситуации, когда мы ошибочно думаем, что никакого компьютера нет. Но на самом деле человек должен знать: компьютеризировано пространство, в котором он сейчас находится, или нет.

Есть и другие права. Право устанавливать бесплатные программы. Право на копипаст. Текст невозможно скопировать с сайта только в том случае, если с ним производили какие-то манипуляции, или если наши движения на экране мониторятся. Это связано с ограничением наших свобод как пользователей.

— Это все про то, чтобы пользователь видел и осознавал обратную сторону?

Да, смысл в том, чтобы не бояться. Пускай ты некомпетентный человек, но ты знаешь, что перед тобой программа, она была кем-то написана в чьих-то интересах, а значит ее могут переписать в любой момент. Сегодня существует очень четкое разделение на пользователей и разработчиков. Изменить это уже невозможно. Это было бы утопией. Но тем не менее, пользователи не должны забывать, что у них есть права. И что переписать программу могут и они сами.

— А иначе что?

Иначе человек, который имеет дело с программой, не им написанной, как будто находится под действием седативных препаратов. Он должен быть в спокойном, расслабленном состоянии — просто смотреть и принимать все, как есть. Все меньше и меньше действий сегодня предпринимается для того, чтобы изменить то, что происходит на экране. Я считаю, что важно помнить: ты можешь сменить браузер или изменить цвет бэкграунда на странице в интернете. Можешь быть активным. Так что быть пользователем не обидно!

Ася Чачко

0 комментариев
5
Еще статьи на эту тему
0 комментариев