En
Тренды

Весь я не умру: есть ли смерть в сети

Это уже аксиома: мы живем на экране. Теряя доступ в интернет, мы теряем связь с миром, ориентацию в пространстве. Уже нет отдельных офлайн- и онлайн-реальностей, а есть одна — смешанная. Мы живем в сети. И, кажется, можем жить в ней вечно. Про смерть в интернете знает все Оксана Мороз, культуролог и антрополог. Специально для Screenlifer, Оксана рассказала о том, как выглядит смерть в цифровой среде.

Шанинка/Facebook

Цифровая реинкарнация

В реальной жизни у смерти есть два расширения. Мы умираем физически, то есть телесно, и социально — исчезаем из социального мира и видимости других людей. В интернете человек физически не присутствует. Единственное, что происходит с нами в сети — социальная смерть, но цифровые технологии сегодня способны ее преодолеть.

Самое простое — обратиться к цифровым юристам и составить завещание, чтобы передать кому-то наши цифровые данные. Это своеобразная передача архива. Раньше завещали библиотеки, а теперь, скажем, подписку на Netflix.

В Facebook еще можно выбрать хранителя аккаунта, который сможет пользоваться им от лица человека после его смерти — управлять списком друзей, публиковать посты или просто зафиксировать памятный статус страницы. Ваш аккаунт, по сути, продолжит существовать либо в виде обычного памятника, только в онлайн-пространстве, либо в более активном виде.

Существуют даже возможности отложенного постинга. Например, известный стартап ifidie предлагает пользователям при жизни запланировать посты, которые будут выходить после их смерти. То есть можно создать иллюзию своего присутствия. Количество постов и время их публикации не ограничены.


Digital Memorial Cemetery by Hadas Arnon/designboom

Еще с 90-х гг. прошлого века существуют виртуальные кладбища. Это такая точка в онлайн-пространстве, куда любой может прийти и совершить импровизированные поминки по умершему, написать что-то важное и даже оставить виртуальные цветы. Это место для персональной скорби, новый способ проживания траура. К тому же не у всех бывает возможность посетить реальную могилу человека, и виртуальное кладбище в таком случае — это еще и демократизация доступа к умершему.

В России такие разработки не очень популярны из-за силы религиозных традиций, и просто нет людей, которые бы создавали подобные онлайн-локации и обеспечивали их работу. А в мире виртуальные кладбища пользуются популярностью. Есть даже отдельные кладбища для домашних животных. Многие сайты настолько давно существуют, что их дизайн уже очень устарел, но люди до сих пор туда приходят.

Наконец, сейчас разрабатываются специальные чат-боты, которые учатся на основе всех загруженных данных — переписок, голосовых сообщений, видео — и фактически становятся вашим цифровым аватаром, с которым можно поговорить.

Чат-бот — это радикальный способ пусть не преодолеть смерть, что невозможно, но остаться в виде цифрового присутствия для других людей, и, с одной стороны, быть действующим архивом сведений о самом себе, а с другой — равным собеседником.

Известный пример — DadBot. Его сделал парень-программист, чей отец умирал от рака. Создатель бота записал десятки часов разговоров с отцом, пока тот еще был жив, и на их основе создал чат-бота, при этом получив согласие всех родственников и самого отца. Программа отлично работает, при этом осознает, что является программой и не заменяет отца буквально, но воспроизводит его голос и реакции. Проект не коммерческий, и чат-бот использует только семья разработчика. Это такая их внутренняя проработка потери. Практически «Черное зеркало», но с хорошим концом.

WIRED/YouTube

Подобные чат-боты — максимально экспериментальная вещь, которая существует пока только в виде небольших стартапов и индивидуальных разработок. Большая проблема — нужно быть уверенным, что вы не нарушаете чьи-то права, поэтому необходимо собирать кучу информированных согласий всех вовлеченных людей, чтобы никто не был против использования данных и не возникало этических коллизий.

Кроме того, люди боятся смерти. Но если мы будем знать, что, хотя физически нас уже не будет, в окружении близких мы останемся в качестве такого чат-бота, то чего боятся? Всегда будет возможность позвонить, например, любимой бабушке по скайпу, поговорить и узнать рецепт пирога.  Фактически так можно жить вечно. Тогда снимется экзистенциальная напряженность смерти, и людям, возможно, вообще придется пересмотреть отношение к смерти в культуре.

Тем не менее многим эта идея нравится, хотя спрос на нее и не очень велик. В том числе из-за силы традиций проживания траура. Такие двойники как будто снимают необходимость скорбеть, но не предлагают ничего взамен, а человеку после смерти близкого, как правило, нужно время для переживания и проживания потери.

Конечно, технологии способны лишь создать иллюзию жизни и не могут вернуть человека как живое существо. Но речь идет о работе со страхом смерти. Во-первых, для человека важно понимать, что после него останутся какие-то следы, во-вторых, у него есть возможность еще при жизни создать посмертный непререкаемый облик, задать для следующих поколений воспоминания о самом себе, и, в-третьих, те же чат-боты могут помочь терапевтировать и поддержать человека, потерявшего близкого.

Танатосенситивная цифровая среда

Black Mirror / Channel 4

Цифровая среда — это пространство живых. Исследователи, которые изучают феномен digital afterlife, в свое время задумались, как перестроить эту среду так, чтобы она стала более чувствительной к вопросам тленности человеческого существования.

Одним из первых, кто стал разрабатывать концепт танотосенситивности, был Майкл Массими. Он разговаривал с людьми, потерявшими близких, и пытался понять, чего они ждут от окружающих, когда им плохо. Ответы были очень разными — от полного игнорирования до максимально привлечения к любым видам деятельности.

Поэтому танантосенситивность предполагает, что люди смогут демонстрировать в онлайн-среде то же отношение к смерти, что и в офлайне — скорбеть, посещать место, где находится умерший, справлять поминки или просто быть оставленными в покое. Цифровая среда должна быть настолько разной и подстраиваемой, чтобы любому человеку, находящемуся в состоянии скорби и горя, было комфортно.

Сложность в том, что отношение к смерти сильно зависит от культурных особенностей. Японцы и американцы, разумеется, будут скорбеть по-разному, но при этом будут пользоваться одними глобальными сервисами. Получается, что эти сервисы должны уметь подстраиваться и под особенности разных культур, а это очень сложная задача, которая до сих пор не решена.

На сегодняшний день наиболее танотосенситивным выглядит Facebook. Здесь можно и поскорбеть, и установить памятник, и выбрать посмертного хранителя. Хотя проблемы все равно есть. Во-первых, люди часто не могут выяснить и договориться между собой, как выглядит правильный траур и как нужно скорбеть. Во-вторых, в Facebook с каждым годом мертвых аккаунтов становится все больше, и социальная сеть превращается в кладбище. Исследователи предсказывают, что к 2070 году количество мертвых аккаунтов превысит количество живых. Более того, не всегда можно отличить мертвую страницу от страницы живого человека, и кто-то может попытаться связаться с уже умершим. Плюс, алгоритмы Facebook работают своеобразно, и сеть может предлагать рекламу от лица аккаунта мертвого человека.

Евгения Созанкова

0 комментариев
0
Еще статьи на эту тему
0 комментариев